Начало всех начал, где качества и формы могут выступать как связь всех сил, есть форма живописца, ибо он от Бога. Он будущий Бог и его правая рука, в которой есть все способы Его власти.

Не может один человек отнять у другого талант, можно присвоить его труд, можно унизить его в глазах окружающих, можно даже убить, но отнять не получается. Передача таланта в другие руки есть процесс медленный, и занимает не одну жизнь в трудах и заботах о своем назначении, как истинного таланта.

Мы всегда ищем того, кто нас поддержит и поймет.

Нам ли быть уродливой тенью на лике планеты, у которой и так множество тех, кому она не может доверить свое будущее?

Проведением форм и качеств проходим все отваги того, что потом люди назовут подвигом во имя человечества, и незаметность и тихость его при жизни часто вспыхивает отчетливо и ярко среди тех, которые придут потом, когда память о нас сотрется в поколениях.

Раны Христа не дают покоя тем, кто их нанес. Помощь его никогда не забудут те, кого она коснулась, и то и другое было как свободная воля всех, кто встретился на путях-дорогах планеты с этим духом.

Профессия художника сродни таким великанам духа, где качества их тесно переплелись со всеми, кто был их учителем, кто был их другом или врагом.

Кто может поднять все наши силы? Только враг.

Кто может похвастаться силой? Только тот, у кого сильный враг.

Откуда он может взяться? Из Прошлого.

Палитра восхождения каждого посланника тяжка, и каждый несет свой крест по-своему: кому дана власть, кому дан крест очаровательности, кому талант, вокруг которого, в поиске выгоды, всегда вспыхивают ссоры и жестокие войны за передел пирога. А кому - силы и качества, в которых он проходит незаметно, напитывая своим присутствием всех и каждого, закладывая невидимые импульсы новых форм и новых качеств жизни. Их судьба проста и незаметна, но она определяет жизнь многих и надолго. Таковы главные формы посланников, и можно говорить об особой роли художника, стезя которого всегда идет видимо-невидимо, где его жизнь великой не назвать, но все что он сделал, хорошо или плохо, всегда отразиться на всех, без исключения. Потому что он закладывает вечность.

Он закладывает ту стезю, на которой ему нужен стимул беспредельности как силу высших качеств.

Кто он, и почему такая роль особого качества?

Почему силой своих качеств он может многое, что не подвластно остальным? Этими силами он может поднять самое главное в человеке - его дух и качество такой силы наивысшее. Кто от Бога, тот его рука и тут живопись и ее служитель становятся истинным храмом и истинным алтарем для всех.

Что может живопись? Она может все, и ее сила в том, что своей тонкостью невидимого флюида восстанавливает способность человека разрушить стены любой крепости. Мощь Пространства, удел которого являть силы духа, может служить и сильному и слабому, если приказы будут точны и могучи. "Могучая кучка" когда-то задавала тон всему искусству музыки и их сила еще не оценена по-достоинству, их власть невидимой рукой движет до сих пор все искусство планеты, заставляя всю музыкальную братию творить вдоль тех процессов, которые были запущены когда-то.

Когда-то и могучая кучка в искусстве живописи всколыхнула многих на поиски форм. Многие "открытия" до сих пор ими еще не открыты, многие силы этих способов власти над силой невидимых и мощных качеств человечества будут нащупываться их последователями. Тонкость цвета в его излучениях, которые доступны сильному глазу, их тонкость рождает соответствующий ответ сознания человека, реакцией которого может быть озарение, восхищение, удовольствие, раздражение и просто чугунная ненависть ко всей мировой живописи. Или ко всей жизни.

Борьба за то, чтобы насаждать или злобу или восхищение, всегда сопровождалось борьбой за власть над умами. Власть политическая всегда пыталась восстановить свою власть над искусством, и разум человека, доступен только через искусство, а не страх и принуждение. Воля человека доверяет гармонии и страшен тот, кто, владея ею, проводит мрачность идей злобного сознания. Прохождение сил и форм через реформы сознания, прохождение качества власти через закоулки всех отделов его, проведение чистки и вытряхивания пыли из старых ковриков, по которым топталось невежество рассудка, проходит волна за волной и создает тот напор сил и качеств, где сила и способ власти вскрывается слой за слоем. В этом процессе участвуют все силы сознания и это важно, как и то, что даст потом свободу всем силам этого сознания. Чтобы силы были подняты нужен сильный и глубокий импульс, на который способно только искусство и тут живопись важна как сила, тонкость которой еще мало раскрыта. Что же такое цвет? В чем сила и преимущество той стихии, где энергии колышутся возле каждого мазка, возле каждого цветового импульса кисти художника. Почему с кисти художника перетекает эта могучая сила и ничего не льется с кисти маляра? Кто может подойти к такому непредвзято и создать ту, единственно правильную схему и понимание, где факт движения сил и движения цветового фактурного мазка кистью художника поставит точку в спорах о возможностях или невозможностях живописного мастера.

Что же такое цвет?

Химера или выдумка поэтической фантазии, кому просто, от делать нечего, вздумалось поиграть в ляпанье разными цветами красок, или все же это нечто большее, чем принято думать?

И то и другое.

В руках мастера, чутье которого уже зрело и воля заточена, имеем силу, от которой вспыхивает холст не просто цветом, а состоянием, в котором присутствует и опыт и душа мастера со всеми вытекающими ему качествами и мыслями, со всеми его догмами и мечтами, со всем тем, что есть его внутренний мир.

Какой он, этот мир? И почему мы ему верим?

Что заставляет нас опять и опять возвращаться к его картинам и восхищаться новыми гранями его творчества, которыми полны все его работы?

Воля мастера направляет нас туда, где зрелость его духа поднимает и нас в те сферы, где летит его мысль и его сила духа, где все качества его сил и его фантазий, обретая форму в виде красочных переливов огня, будит в нас воспоминания-образы тех миров, откуда мы приходим для воплощения здесь, на этой планете, и только память об этом позволяет понять и сопережить то чудо искусства живописи, где месиво красок и их стихийность врываются в нашу жизнь неясными, но могучими образами высших сфер нашего разума. Образами-состояниями, образами-переживаниями. Имея мастера, будем довольны своей судьбой, столкнувшей нас с этим источником новых форм сознания и новых форм познавания. Где еще, как не рядом с его картиной мы получим тот внутренний импульс, зарождающий вначале слабый и неясный, а потом все более уверенно-настойчивый поток новых сил, раскрывающих наш разум к новым формам познания? Где сможем тонко и остро прочувствовать все грани духовных сил того мастера, творчество которого притягивает и не дает спать силе воли, силе любопытства, силам разума?

Можно ли доверять ему? Как бы не вляпаться.

Сердце подскажет!

Черное сердце приведет к черному мастеру, гнилое сердце будет любоваться тем же в холстах такого же. Свет разума высокого духа заставит остановиться рядом всех и поставит вопрос о воле, которая, либо отталкивает его, либо заставляет быть рядом с ним, с этим источником власти. Той власти, которой мы обязаны своей жизнью и ростом своих сил - власти духа. Мощь побед одного зарождает мечту другого  повторить такое же. Мощь и сила внутреннего мира художника заставляет идти по его стопам взросления как сына бога, а затем и его самого.

Кто пойдет?