В качествах новых свобод добиваемся того, чтобы силуэтным и действующим вошли знания. Их тема уже близка к тому, чтобы быстро и правильно оценивать искусство как науку о цвете или вибрации. 

Начинаем вхождение в диалог с Пространством, где только действия Луча кармы сможет встать новым, как понятием, так и действием. Исходя из знаний об энергетических процессах, идущих во Вселенной, можно действовать. Их статические и динамические пробелы в новых научных открытиях ищут своих открывателей, но мы, художники, начнем это по-другому. Вовсе не обязательно, добиваясь полного понимания в рассудочных свободах, создавать новые открытия. Их статус определен лишь тем, что рассудок, уступив место новым пониманиям сути происходящего, создаст силу, действующую как форма новых откровений для себя самого, не более. Темы необходимости вступают. Они определены научными попытками обосновать то, к чему большинство еще не приучено в силу догм, действующих на сегодня с помощью “научных понятий о Вселенной”. Статус науки жестко определен теми формами, где только рассудок имеет право на “научность”, все остальное отметается без демонстрации собственного умения быть внимательным к оппоненту. Исходя из этого, мы не будем обращать внимание на выкрики с этой стороны, ибо их мнение нас интересовать не будет. Научность или нет, будем решать исходя из практики, а она, как мы знаем, и есть основной критерий истины. Действия по обузданию сил, идущих из Вселенной, согласно определению, - внешний фактор. Внутренним будем считать то, что есть наше сознание и ему отдадим бразды правления, ибо без этого придется согласиться, что мы не можем как-то влиять на любые процессы вне нас. Исторически это складывалось как догмат знаний, в которых определён догмат изучаемости мира. Статус каждого познания жестко и коротко определяется его терпимостью к практике, а не наоборот. Итак, практика. Обратимся к ней.

Системы всех теорий, дошедших до нас из глубин Древности, могут быть определены, как новизна, а могут, соединив старые накопления о мире и Вселенной, дать толчок к дальнейшим рассуждениям. В том или ином виде, диапазон новизны разрушает старое, чтобы занять его место. Действительно, как еще можно подойти к новому? В основе всех приемов ведущих к раскрытию новых понятий, сложился устойчивый приём доказательства от противного. Его и используем. Свободный поиск истины долог и его своеобразие заключает в своих новых пониманиях Вселенной, необходимость принятия тех опытов, о которых мы с вами можем и не знать, но их сохранность в источниках фиксирована. Свободой действий входит наука о цвете. Ее вибрационная основа, заявленная как форма новых открытий в искусстве, сохранит за собой право быть основой всех основных действий. Теоретически это выглядит как эфирообразность той материи, о которой идут речь, теоретически, но не практически, ибо понятие эфира, примитивно принятое в рассуждениях прошлого, дало необходимость от него пока отказаться. Такое, как энергетическая составляющая, поможет больше.

Достижения науки, мало приемлемые для нас в этом вопросе, возможно, еще пригодятся. Теоретически уже многие, кто достиг определённого уровня знаний, находится под большим вопросом: что же дальше? Практика входит с неожиданной стороны. Система накопленных приёмов в науке о цветовых ощущениях человеческого разума, подводит нас к следующему: действия всех рецепторов создаётся как некий фон, на котором возникают те или иные ассоциации и образы. Почему Природа задалась целью, не поднимая всю завесу прямого знания о Вселенной, заставляет находить их в труднейших поисках? Что послужило причиной такого решения и чем оно лучше?

Тактика, очень знакомая по воспитанию младенца - дать самому разобраться во всем, но, при этом, без увечий. Чистота эксперимента гарантирована. Силуэтами такого же двигаемся и мы с вами. Что заставляет нас входить в те или иные вопросы без страха? Именно это. Что заставляет забыть все потери на пути к этому? То же самое. Теория и практика всех вопросов, касающихся современным пониманиям научности, грешит одним и тем же - дикостью приема, где теория идет впереди практики, каждый раз доказывая то, чего на самом деле не существует. Смысл и сила этого только в одном – хочется что-то выкрикнуть первым, не взирая ни на что. Что же наука? О чем говорит та ее часть, где такое не принято в принципе? Хозяин судьбы входит Законом. Его приоритет и догма впереди всей науки о Вселенной и только так последняя снизойдет до объяснений желаемого. Теоретики от старой, в хорошем смысле, науки уже давно достигли тех знаний, которые открывает для себя та ее часть, где амбиции пока преобладают над Знанием. Вхождением в эти знакомые истины, приходиться повторять снова и снова, чтобы эти открытия и знания Законов пусть медленно, но настойчиво входили.

Находимся на переломе, где события разворачивают новые приемы в цвете и это заставляет, чтобы не был раздавлен новорожденный, жестко и непреклонно вступить в полемику об искусстве. История борьбы вступила в очередной раунд, где глашатаи старого будут упорны в доказательствах на право своего куска хлеба. Их кусок вырван у тех, кто действительно может и кто действительно открывает новое в искусстве.

Начало было положено и техника нового приема, опять не ко двору тем, кто ратует за спасение душ собственным убожеством. Силами новыми входит вибрация и ее апологеты у порога новых открытий в искусстве.